Когда дозреют мятежники из Восточного Алеппо и выпустят гражданское население из города
cfe6f079e455d975

 

В Сирии продолжается спецоперация по освобождению Восточного Алеппо от боевиков. Как сообщало «Реальное время», присутствие российской корабельной ударной группы у берегов города вынудило повстанцев начать переговоры о перемирии. Колумнист нашей интернет-газеты Анхар Кочнева в своей новой колонке продолжает знакомить наших читателей с ситуацией в Сирии, и ее сегодняшняя колонка — об анклаве Алеппо, который еще удерживают террористы. В своем материале она приводит аналогии с другими ранее освобожденными сирийскими городами — Хомсом и Адрой.

Сценарий по Хомсу?

Одним из главнейших ожидаемых событий прошлых недель должен был стать вывод боевиков и гражданского населения, остающегося в захваченном боевиками анклаве, из восточного Алеппо. Однако событие это так и не состоялось. Вместо ожидавшихся сотен тысяч бандитский анклав на данный момент покинуло всего несколько десятков человек. В чем же причины того, что «блиц-криг» по освобождению этого района Алеппо так и не удался?

В феврале 2014 года я была свидетелем проведения подобной эвакуации из центральных районов города Хомс. В результате достигнутых договоренностей благодаря этой февральской акции блокированный в течение нескольких лет анклав смогли покинуть более 1000 человек: гражданские лица, которые, как и сейчас их собратья по несчастью, являлись живым щитом для боевиков и несколько участников незаконных вооруженных формирований, пожелавших сложить оружие, пройти проверку на причастность к убийствам сограждан и воспользоваться объявленной президентом Сирии амнистией в случае, если никаких кровавых преступлений за ними не числится.

В первый день, несмотря на все предпринимавшиеся усилия и не прекращавшиеся переговоры с главарями боевиков, так никто и не вышел. Только к позднему вечеру, почти перед самым наступлением темноты, в блокированный анклав смогли въехать машины Красного Полумесяца (аналог Красного Креста в мусульманских странах), груженные продовольствием и медикаментами, и представители ООН. Конвой был обстрелян кем-то из боевиков-провокаторов. К счастью, обошлось без человеческих жертв. Людей в таких условиях решили в этот день не выводить, хотя первая группа из 26 человек уже была готова покинуть небезопасный район. Тем более не стали рисковать из-за опасений, что наиболее непримиримые боевики попытаются воспользоваться гуманитарным конвоем и покровом ночи, сорвав все достигнутые договоренности, и попробуют прорваться к ожидающим выхода гражданских лиц силовикам и журналистам.
62e8b08e70b3cd50

 

На следующий день (9 февраля) эвакуация все-таки началась. За этот день ценой нечеловеческих усилий представителям гуманитарных организаций удалось «вытащить» 611 человек. Вывозили не только на предоставленных сирийским правительством автобусах, но буквально на всем, что только могло ездить. Обессилевших на руках тащили в машины «скорой помощи», везли на инвалидных колясках. Оголодавшим людям выдавали специальные продуктовые пайки, чтобы они могли поесть еще до того, как окончательно покинут блокированный анклав и доберутся до здания, в котором была организована перепись тех, кого удалось эвакуировать. В течение последующих трех дней были спасены жизни еще нескольких сотен человек, большинство из которых составляли дети. Конечно, многие из спасенных являлись родственниками (в том числе, достаточно близкими) боевиков, из-за которых и с которыми людям пришлось делить тяготы осадного положения. Однако в том и состоят суть и смысл развиваемого в Сирии процесса национального примирения: любой, кто осознал, что однажды выбрал неправую сторону, может получить в той или иной мере прощение и шанс вернуться к нормальной мирной жизни. Особенно если сам лично не принимал участия в казнях, убийствах и терактах.

Выбравшиеся из анклава люди, находившиеся в течение почти 2 лет на территории «борцов за свободу», оказавшись по ту сторону баррикад, внезапно поняли, что находились не только в блокированном анклаве, но и в плену навязываемых антиправительственными телеканалами и пропагандой мифов. За пределами анклава царила мирная жизнь. Все прошедшие 2 года дети ходили в школу, молодежь в университеты. Взрослые — на работу. Люди получали зарплаты, играли свадьбы, ездили в другие населенные пункты и к морю, хоронили по-человечески своих погибших и умерших близких, не голодали и вообще не жаждали свержения «кровавого режима», хотя всяческие «Аль-Джазиры» уверяли узников Анклава Свободы в обратном и в скорой неминуемой победе.

Вероятнее всего, именно то, что родственники и близкие остававшихся в Старом Хомсе боевиков своими глазами увидели, как живет остальная территория страны, и убедились в бесполезности дальнейшего сидения в анклаве, где не было ни электричества, ни еды, ни воды, ни лекарств и развлечений, и сыграло решающую роль в том, что боевики в итоге согласились полностью освободить этот удерживаемый ими район. Некоторые предпочли сдаться и получить шанс попасть под амнистию (в основном, это те, кто никого не убивал, а выполнял функции охранников и т. п.), другие же были вывезены на автобусах к северо-западу от Хомса к своим единомышленникам. В итоге небольшой кусок третьего по величине города Сирии (размеры бандитского анклава составляли примерно 1 на 1,5 км), являвшийся для города реальной сильной головной болью, перешел под контроль правительственных сил. Началась реставрация пострадавших исторических зданий, беженцы смогли вернуться в свои квартиры и начать ремонт жилья. Разрезанный ранее надвое город (до этого, чтобы попасть в соседние кварталы, приходилось зачастую обходить весь город и даже выезжать на окружную трассу) снова стал единым и удобным для перемещения по нему жителей.

Боевики в полном составе покинули центральные районы многострадального города 9 мая 2014 года. Не будет преувеличением сказать, что Хомс в 2012—2014 годах имел для боевиков почти такое же значение, какое имеет сейчас для антиправительственных сил Алеппо. Хомс пафосно величали «восставшим городом» (умалчивая при этом, что большинство горожан попросту бежали куда подальше от распоясавшихся «восставших») и «колыбелью сирийской революции». Однако осуществленное правительственными силами полное блокирование Старого Хомса и отсутствие там засилья наиболее экстремистских группировок, вроде «Нусры» и ИГИЛ (обе организации запрещены в РФ, — прим. ред.), в итоге сделали возможными переговоры и последующую успешную очистку этой части города от антиправительственных сил. Процесс разрешения ситуации в Старом Хомсе не ограничивался теми февральскими и майскими днями, когда при содействии гуманитарных организаций была проведена массовая эвакуация: небольшими группами и гражданские лица, и боевики выходили почти каждый день, постепенно остужая страх тех из остававшихся, кто, может быть, и хотел бы сдаться, но боялся расправы при выходе из анклава к сирийским солдатам. Этот миф усиленно вбивается в головы желающих спастись из опасных мест боевых действий и сейчас в Алеппо: о том, что их запугивали неминуемой расправой, говорят те, кому удается покинуть районы активных боевых действий

daf5efc1e08ad881

Шанс спасти себя и свои семьи

Ситуация в Алеппо сегодня несколько иная, не похожая на ту, что сложилась к зиме и весне 2014 года в городе Хомс. Хотя бы потому, что взять захваченный боевиками район в плотное кольцо и блокировать удалось лишь недавно (блокада Старого Хомса продолжалась более 2 лет). Но несмотря ни на что, периодически продлеваемое перемирие уже дало возможность спасти несколько десятков человеческих жизней. Сложностей много. И не в последнюю очередь буксует процесс эвакуации из-за того, что на достаточно близком расстоянии от восточного Алеппо находятся куда большие территории, также контролируемые боевиками. Именно скорым прорывом блокады со стороны этих территорий и аргументируют главари боевиков свое нежелание выпускать составные части своего «живого щита»: подождите, скоро нас спасут и разблокируют другие боевики, а армия вас просто убьет. Потому — не рыпайтесь.

Выход всего находящегося в подконтрольном боевикам секторе Алеппо гражданского населения неминуемо приведет к активизации российских ВКС и сирийских ВВС в этом районе, а также расширит рамки наземной операции проправительственных сил. Поэтому эвакуация гражданского населения может быть осуществлена только в случае, если будет связана с эвакуацией из опустевших кварталов самих боевиков, среди которых не так много готовых идти на однозначную и верную гибель. Желающие боевики, имеющие сирийское гражданство, в рамках эвакуации могут сдаться и попытаться попасть под амнистию. Или перебраться в другой контролируемый боевиками анклав. Часть боевиков согласна на эти условия. Для многих из них это реальный шанс спасти себя и свои семьи, вырваться с войны и вернуться к нормальной мирной жизни. Но наличие в Алеппо большого количества иностранцев тормозит переговорный процесс: в отличие от сирийцев, иностранцы амнистированию не подлежат. Сирийские боевики ввязались в эту войну ради того, чтобы сменить одних чиновников на других. А вот иностранцы из всяких ИГИЛов пришли в Сирию для того, чтобы уничтожить саму эту страну. Если с боевиками сирийского происхождения достаточно часто удается достигнуть каких-нибудь договоренностей, то с иностранцами разговора не получается: это не их сограждане и родственники гибнут в результате боевых действий, не их историческое наследие уничтожается в результате подрывов и обстрелов. Вокруг все чужое, не родное и не имеющее в глазах иностранных бандитов никакой ценности.

Жители захваченных боевиками районов Алеппо стали заложниками тех, кто обещал принести им какую-то свободу. Свобода обещана, но распоряжаться своей жизнью и быть свободными — перемещаться, куда душе угодно — им не позволено. Сегодня большинству из уже спасшихся пришлось заплатить немалые по местным меркам деньги за возможность покинуть эту «территорию свободы». А что делать тем, у кого таких денег нет?

dfcb79a340eea111

Заложники Адры

В 2014 году, когда боевиками был захвачен находящийся в пустыне под Дамаском городок Адра, в городе начали бесчинствовать боевики. Его жители тоже стали заложниками. Многие люди были жестоко убиты (рассказывали о том, что живых людей сжигали в огромной печи местной пекарни, другим отрезали головы или расстреливали из автоматов). Но часть жителей Адры, собравшись в большую толпу, однажды направилась прочь из городка, сказав бандитам, что не намерена дальше оставаться в своих домах. Люди отчаянно захотели вырваться. И у них это получилось: смелые люди действительно смогли уйти и не были перебиты боевиками: слишком много их было. Возможно, подобный демарш и мог бы спасти сегодня значительную часть остающихся в Алеппо гражданских. Но только в том случае, если они наконец объединились бы и высказали вместе свое мнение. Пока же лишь единицы пытаются противостоять попыткам боевиков удерживать их в качестве «живого щита». И бандиты просто убивают отважных одиночек…

Многое сегодня говорит о том, что ситуация в захваченном боевиками анклаве в Алеппо еще банально «не дозрела». Боевики еще надеются на прорыв блокады, на помощь извне. Находят аргументы для запугивания населения мнимыми расправами сирийских солдат над выходящими из анклава гражданскими лицами. Да и сами находящиеся в захваченном анклаве гражданские, видимо, еще не доведены до той крайней степени отчаяния, которая насквозь пронизывала Старый Хомс весной 2014 года и подтолкнула на массовое проявление протеста жителей городка Адра, напуганных казнями неугодных у себя под окнами. Именно поэтому так безлюдны все восемь предоставленных центром по примирению гуманитарных коридоров. Так и не увенчавшиеся попытки разрубить алеппский узел одним махом в течение нескольких дней показали, что над ситуацией надо продолжать работать.

 

http://realnoevremya.ru/articles/48335