8465

Предлагаем вашему вниманию интервью с Анхар Кочневой – российско-украинским военным корреспондентом, освещающим события из самого пекла гражданской войны в Сирийской Арабской Республике.

Русская по отцу и палестинка по матери, Анхар в недалеком прошлом занималась организацией международного туризма преимущественно по Сирии и другим арабским странам, но война расставила свои приоритеты. После начала гражданской войны Анхар заняла четкую позицию о необходимости наведения порядка и вступила в бой с бандитами пером, стараясь объективно описывать происходящие в стране события и доносить их до россиян. В октябре 2012 года Анхар была захвачена в плен и 153 дней провела в застенках у боевиков в городе Кусейр. Свободу она обрела только в марте 2013 года, но не в результате спецоперации, а сумела самостоятельно организовать побег из логова террористов.

Анхар, что изменилось в вашей жизни после плена и побега?

- Значительно ухудшилось здоровье – никакой медицинской помощи или хотя бы медицинского обследования мне так никто за эти более чем 5 месяцев свободы не предоставил. В связи с этим, конечно, вовсю проявляется синдром хронической усталости, работоспособность снижена в десятки раз по сравнению с тем, что было до плена. Пока была в плену, хозяин квартиры, которую я снимала, банально присвоил себе достаточно большую часть привезенных мной из Москвы вещей. Я вернулась, а у меня ни одной вилки или ложки нет, исчезло море нужных мне бумаг, почти не осталось посуды. Мне еще предстоит суд, полиция заявление уже рассмотрела. Но понятно, что любимых вещей я уже никогда не увижу. И своих детских фотографий, которые были украдены с коробкой для документов. До похищения основной мой заработок составляла работа переводчиком и гидом для групп журналистов из России, но сейчас практически никто не приезжает сюда.

Пока еще могу, езжу по стране. Снимаю то, что вижу. Рассказываю об этом. Два раза была в том доме, из которого убежала. И нашла дом, в котором меня держали в Кусейре.

Каковы Ваши прогнозы развития ситуации в Сирии, будет ли в ближайшем будущем иностранное вторжение?

- Несмотря на поднятую истерию, полномасштабное вторжение маловероятно. Могут попробовать слегка покусать, дистанционно ударив с моря по некоторым объектам. Самолеты могут быть сбиты – как это уже было с турецкими самолетами год назад. Я думаю, сейчас предпринимается отчаянная попытка переломить ситуацию с помощью истерики. С одной стороны, Запад хочет дать боевикам почувствовать, что скоро вся мощь мирового империализма придет им на помощь. И это должно придать им сил. С другой стороны, вопли о том, что Сирии конец, могут преследовать цель отпугнуть от Сирии менее стойких союзников. Знаете, это как вопли о том, что президент в конце января 2012 года пытался сбежать из Дамаска, в котором все было абсолютно в то время спокойно. Кто-то, услышав о его мнимом предательстве, мог бы сломаться и сделать что-то, что сыграло бы на руку противнику. Я думаю, на полномасштабную войну Запад все-таки не пойдет. Чревато. А без полномасштабного западного вторжения, сирийская армия с бандитами рано или поздно, но справится.

-О боевиках. Какое количество россиян, по вашим данным, воюет на стороне оппозиции? Есть ли такие данные?

-Нет, таких данных нет. Они переходят границу нелегально. Сирийское государство официальной информации об этих людях не имеет. Я подозреваю, что даже у боевиков нет никаких конкретных общих данных. Все группировки разрознены,  они могут иметь данные только по своим отрядам.  В зарубежной прессе приводится ряд разных цифр, считается, что иностранных наемников в Сирии может быть до  50 000 человек…

-Какие пути вербовки боевиков – сирийских арабов и иностранцев?

- Чаще всего через подконтрольные экстремистским шейхам мечети. Людям внушается  ложь о событиях в стране, многие едут, как они считают, помогать людям. А на деле приходится убивать невинных. Кого-то это не устраивает и они уезжают обратно, если конечно до этого не погибнут или не попадут в плен. Другие остаются – значит попали «к своим».

Каков социальный состав сирийской оппозиции?

- Я бы не стала называть бандитов оппозицией. Оппозиция - это нечто из области политики. А когда похищают женщин и детей, режут живых людей на куски и кидают детей в огонь, это никак не политика.

У бандитов социальный состав разный. И в имущественном отношении люди разные – иногда, как, например, бизнесмен сирийского происхождения, живший в Новороссийске, это люди, у которых с финансами никаких затруднений нет. А есть такие, кто получает 50 долларов в месяц и за эти деньги занимается "джихадом».

(Продолжение следует)

Специально для islam-today.ru