Девять утра. Встречаемся на последнем блокпосту у выезда из Хомса. Мы должны были ехать в Кусейр вместе: небольшая группа журналистов из России и Украины и съемочная группа сирийского новостного канала. Но в последний момент все переиграли: из-за обострения обстановки в район непосредственного проведения боевых действий нас не пустили. Я посовещалась со знакомыми офицерами, и те предложили альтернативный вариант: тот же Кусейр, но с более безопасной для нас стороны. Мы поехали на запад, а сирийская группа – на юг.

Это был последний раз, когда я видела Яру Аббас, погибшую накануне. Ее застрелили примерно в двух километрах от того места, где я провела большую часть времени, которое находилась в плену. Пуля попала в голову.

Яра Аббас стала известна в Сирии около года назад, когда она вместе со своей коллегой Ярой Салех фактически стала "лицом" спецоперации армии по обороне Дамаска. Впоследствии Яра Салех вместе с другими своими коллегами провела 13 дней в плену и была освобождена в результате армейской спецоперации. Обеим девушкам, как и всем остальным сотрудникам канала, неоднократно угрожали. Но они продолжали вести репортажи из горячих точек.

...Мы расстались, и каждый из нас поехал снимать что-то свое об одном и том же. Проехать туда, где снимала свои репортажи Яра, можно было только на броневике, которого у наших сопровождающих не оказалось. Мы снимали позиции армии, опустевшие и разрушенные дома, сады, в которых некому теперь собирать урожай из-за того, что окрестности Кусейра были захвачены повстанцами. Странные ощущения: на несколько километров вокруг – никого. У крыльца – оставленный хозяевами детский велосипед. На протянутой между деревьев веревке уже который день сушится чья-то одежда. Но людей тут нет. Гражданское население из этих районов выведено. Попасть сюда можно только по специальному разрешению. И так будет до тех пор, пока порядок в Кусейре не будет восстановлен. В самом Кусейре еще остается какое-то количество гражданских лиц: некоторые из них являются родственниками удерживающих городские кварталы боевиков, другие обманом и силой удерживаются в качестве живого щита.

По словам военных, на сегодняшний момент под контролем армии находится около 2/3 города. Справа от нас территория, которая уже находится под контролем правительственных сил. Но пока туда ехать не стоит: расстояния слишком невелики, и высок шанс схлопотать пулю снайпера. Еще больше шансов стать жертвой выпущенного с той стороны снаряда.

Мы снимали танки. Отдыхающих после боя бойцов. Сгоревшую машину боевиков, на днях подбитую солдатами на подходах к той позиции, на которой мы находимся. Где-то рядом работали журналисты "Вести-24" и "Первого канала". А в Сирии вчера стало на одного журналиста меньше.

http://www.utro.ru/articles/2013/05/28/1121582.shtml